Контрольная работа
Особенности квалификации, связанные с применением не уголовно-правовых норм
Содержание
1.Применение неуголовно-правовых норм при квалификации преступлений с бланкетными признаками состава
.Особенности квалификации преступлений, связанных с нарушением специальных правил
.Установление пределов действия во времени и пространстве применяемых нормативных правовых актов
Литература
.Применение неуголовно-правовых норм при квалификации преступлений с бланкетными признаками состава
Квалификация преступления, являясь необходимым звеном применения уголовно-правовой нормы, имеет множество определений. С одной стороны, она рассматривается как процесс установления признаков состава преступления в деянии лица, с другой - как результат этого процесса, выраженный в ссылке на статью УК РФ, предусматривающую ответственность за данное преступление. Наиболее распространенным является определение квалификации как установления соответствия (тождества) между признаками совершенного деяния и составом преступления (или признаками, указанными в уголовном законе). В данном случае акцент делается на правоприменительном аспекте понятия, что позволяет сформулировать определенный алгоритм или правила квалификации преступлений. Такие правила достаточно обстоятельно разработаны применительно к отдельным видам преступлений, элементам состава, к стадиям развития умышленной преступной деятельности, к соучастию в преступлении и т.п. Они являются основным содержанием постановлений Пленума Верховного Суда РФ по отдельным категориям уголовных дел.
По мнению В.Н. Кудрявцева, «квалификация преступления охватывает только ту часть процесса применения нормы права, которая заключается в выборе уголовно-правовой нормы, предусматривающей данное общественно опасное деяние, и в закреплении этого выбора в юридическом акте (приговоре, определении, постановлении)». Ознакомление с различными определениями понятия квалификации преступлений показывает, что их авторы придерживаются в основном такой же точки зрения. Определение достаточно логично формулирует структуру вывода о наличии в деянии состава преступления, однако оно требует уточнения, если речь идет о применении уголовно-правовой нормы с бланкетными признаками. Если сравнить подход ученых и практиков к отражению в квалификации преступления результатов применения норм иных отраслей права, то выяснится, что особенно детально и скрупулезно эта связь подчеркивалась юристами дореволюционной России. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть комментарии к Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1885 г. и к Уголовному уложению 1903 г. В советское время преобладающим, за редким исключением, стало отношение к норме уголовного права как к единственному и достаточному юридическому основанию квалификации преступлений. По крайней мере, ссылки на нормы иных отраслей практиковались лишь в процессе применения уголовно-правовых норм с бланкетной диспозицией. Современное состояние теории и практики применения уголовного права вряд ли позволяет делать окончательные выводы, но тенденция большего внимания к отражению межотраслевых связей при квалификации преступлений прослеживается достаточно четко. Вместе с тем, вопрос о содержании формулы квалификации преступления с бланкетными признаками состава остается до сих пор дискуссионным.
В монографии Л. Д. Гаухмана, посвященной квалификации преступлений, речь идет об «установлении и закреплении соответствия (тождества) между фактическими признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовным законом, а также другими законами и (или) иными нормативными актами, ссылки на которые содержатся в бланкетных диспозициях статей Особенной части УК РФ РФ».
Противоположную позицию занимает А.И. Рарог, по мнению которого, при бланкетных диспозициях все без исключения признаки состава преступления вытекают только из нормы УК РФ и ни из какого-либо иного нормативного акта. При этом А.И. Рарог не согласен с Н.Ф. Кузнецовой, полагающей, что особенность квалификации составов, предусмотренных бланкетными нормами, состоит в обязательности ссылок на конкретные нормативные акты, к которым эти нормы корреспондируют.
Как представляется, в приведенных выше определениях квалификации речь идет о разных срезах одного и того же правового явления, имеющего сложную межотраслевую природу. Лишь обратившись к особенностям состава преступления, имеющего бланкетные признаки, можно сделать вывод о структуре квалификации общественно опасных деяний этого вида. Запрещаемое уголовным законом общественно опасное деяние, как мы уже отметили, достаточно часто имеет сложный межотраслевой состав, признаки которого расщепляются на межотраслевые юридические составляющие, то есть, чаще всего состав преступления включает разнородные правовые элементы, связь которых не может не учитываться при квалификации преступления. Квалификация в таком случае предполагает предварительную оценку совершенного деяния с помощью норм различных отраслей права и лишь затем уголовно-правовую оценку.
Судебная практика на это отреагировала достаточно давно. В постановлениях Пленума Верховного Суда РФ неоднократно обращалось внимание на необходимость ссылки не только на нормы УК РФ, но и на нормативные акты других отраслей права, если речь идет о квалификации преступлений, имеющих бланкетные признаки состава. Относительно отдельных составов преступления определенную ясность в вопрос о применении норм позитивного регулирования при квалификации преступлений вносят постановления Пленума Верховного Суда РФ.Так, в п. 1. постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 апреля 2007 г. № 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака» речь идет о том, что при решении вопроса о виновности лица в совершении преступления, предусмотренного ст. 146 УК РФ, «суду надлежит установить факт нарушения этим лицом авторских или смежных прав и указать в приговоре, какое право автора или иного правообладателя, охраняемое какой именно нормой закона Российской Федерации, было нарушено в результате совершения преступления».
Вместе с тем проблема применения разноотраслевых норм возникает и при квалификации других преступлений, которые не были предметом рассмотрения на Пленуме Верховного Суда РФ. Кроме того, нуждается в разъяснении сам порядок использования нормативных актов других отраслей права при наличии нескольких уровней правого регулирования в случае коллизии и пробельности в указанных актах. Например, в постановлении Пленума Верховного Суда РФ 19 июня 2006 г. № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» отмечается, что «изучение судебной практики по делам, вытекающим из отношений, связанных с созданием и использованием объектов авторского права и смежных прав, показало, что у судов имеются затруднения в применении законодательства, регулирующего данные правоотношения». Кроме того, следует заметить, что Верховный Суд РФ, рекомендуя руководствоваться нормами других отраслей права при квалификации преступлений с бланкетными признаками состава, употребляет различные слова и словосочетания. Так, в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ 15 июня 2006 г. № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» судам указывается на необходимость руководствоваться постановлением Правительства РФ от 7 февраля 2006 г. № 76 «Об утверждении крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228, 228.1 и 229 Уголовного кодекса Российской Федерации», а применительно к решениям Комиссии ООН о наркотических средствах об отнесении новых веществ к наркотическим средствам и психотропным веществам, употребляет слово «учитывать».
Практика изобилует примерами самого разнообразного решения проблемы ссылок на другие нормативные акты. В одном случае при квалификации преступления с бланкетными признаками состава правоприменитель в общей форме упоминает о незаконности действия лица, о противоправности избранного варианта поведения без указания на источник правовой оценки («вопреки требованиям закона», «в нарушение установленного порядка» и т.п.). В другом случае он ссылается на определенные нормативные акты, но без конкретизации статей или пунктов (в соответствии с законодательством об оружии, в соответствии с нормами ГК РФ, в нарушение правил охоты и т.п.). Иногда в правоприменительном документе перечисляются конкретные нормативные предписания со ссылкой на статьи, пункты и подпункты, но в виде списка, без отнесения определенной статьи или пункта к фактически установленным действиям или бездействию.
В качестве примера приведем постановление следователя о привлечении в качестве обвиняемого по ч. 2 ст. 216 УК РФ. В описательно-мотивировочной части документа указано следующее.
«С. совершил нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека, а именно: Он, являясь Генеральным директором ООО «Новые строительные технологии», и по совместительству Генеральным директором ООО «Мегастрой», был обязан в силу своего служебного положения соблюдать правила безопасности при ведении строительных работ. Как на Генерального директора ООО «Новые строительные технологии», обязанности по соблюдению названных правил были возложены на основании следующих документов: Договор подряда №2-ЗМКР от 14 ноября 2005 г. (п. 6.1. Субподрядчик обязуется выполнять все работы, указанные в договоре, в объеме и в сроки, предусмотренные настоящим договором, в полном соответствии с проектом, с действующими в РФ нормативно-техническими документами, строительными нормами и правилами; п.6.6. Субподрядчик обязуется неукоснительно выполнять на строительной площадке необходимые меры по технике безопасности...); Устав ООО «Новые строительные технологии», утвержденный Решением №1 от 22.04.2003 (п. 12.1. Руководство текущей деятельностью Общества осуществляется Генеральным директором Общества; п. 12.2. Генеральный директор без доверенности действует от имени Общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.).
На С., как на Генерального директора ООО «Мегастрой», обязанности по соблюдению названных правил были возложены на основании следующих документов: Договор подряда №2 МКР от 2005 г. (п. 6.4. Субподрядчик обязуется обеспечить качество выполнения всех работ из материалов согласованных генподрядчиком в соответствии с проектной документацией, требованиям СНиП, техническим условиями; п. 6.7. Субподрядчик обязуется обеспечить в ходе выполнения работ на строительной площадке полную ответственность за проведение необходимых мероприятий по технике безопасности ...); Устав ООО «Мегастрой», утвержденный Решением № 3 от 07.02.2005 (п. 5.5. Генеральный директор без доверенности действует от имени Общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки).
В период времени с 01.10.2004 г. по 02.04.2005 г. в процессе производства строительных работ на вышеуказанном корпусе (в постановлении подробно описан объект. - Н.П.) С. как Генеральный директор ООО «Новые строительные технологии», не обеспечил эффективный контроль за производством работ, не проконтролировал работу по организации безопасного проведения работы, допустил начало производства работ на высоте с нарушением порядка их безопасного выполнения, без определения их эффективной и рациональной приемки, без осуществления контроля за производством работ, без приемки ранее выполненной работы, а также, без предварительной проверки надежности крепления ограждений лоджий; как Генеральный директор ООО «Мегастрой», не обеспечил внедрение в производство безопасного технологического процесса, не организовал разработку безопасных технологических процессов и их внедрение, не обеспечил полного отражения безопасности труда в технологической документации, не организовал специального обучения по безопасному проведению работ, допустил производство работ без обеспечения необходимых мер безопасности работников, не обеспечил внедрение в производство безопасного технологического процесса, не организовал разработку безопасных технологических процессов и их внедрение, не обеспечил полного отражения безопасности труда в технологической документации, не организовал специального обучения по безопасному проведению работ, допустил производство работ без обеспечения необходимых мер безопасности работников, тем самым нарушил:
СНиП 12-04-2002 «Безопасность труда в строительстве. Часть 2. Строительное производство» (п. 9.1.5. При кладке наружных стен зданий высотой более 7 м с внутренних подмостей необходимо по всему периметру здания устраивать наружные защитные козырьки, удовлетворяющие следующим требованиям: ширина защитных козырьков должна быть не менее 1,5 м, и они должны быть установлены с уклоном к стене так, чтобы угол, образуемый между нижележащей частью стены здания и поверхностью козырька, был 11 0П , а зазор между стеной здания и настилом козырька не превышал 50 мм; защитные козырьки должны выдерживать равномерно распределенную снеговую нагрузку, установленную для данного климатического района, и сосредоточенную нагрузку не менее 1600 Н (160 кгс), приложенную в середине пролета; первый ряд защитных козырьков должен иметь защитный настил на высоте не более 6 м от земли и сохраняться до полного окончания кладки стен, а второй ряд, изготовленный сплошным или из сетчатых материалов с ячейкой не более 50+50 мм, устанавливаться на высоте 6-7 м над первым рядом, а затем по ходу кладки переставляться через 6-7 м);
СНиП 3.01.01-85 «Организация строительного производства»(п. 7.3. Производственный контроль качества строительно-монтажных работ должен включать входной контроль рабочей документации, конструкций,
изделий, материалов и оборудования, операционный контроль отдельных строительных процессов или производственных операций и приемочный контроль строительно-монтажных работ);
ГОСТ 12.0.004 «Организация обучения безопасности труда», раздел 4. (п. 4.1. В отдельных отраслях, связанных с работами, к которым предъявляются дополнительные (повышенные) требования безопасности труда, проходят дополнительное специальное обучение безопасности труда с учетом этих требований);
Рабочую документацию - Проект, раздел «Армирование ограждений (балконов и лоджий. Сечение по балкону» в части выполнения работ в полном соответствии с Проектом.
Допущенные С. вышеуказанные нарушения находятся в прямой причинной связи с падением кирпичного ограждения лоджии 7 этажа строящегося корпуса 311 по ул. Юности г. Зеленограда, г. Москвы 02.04.2005
примерно в 18 ч. 20 мин., причинившем работнику ООО «Мегастрой» У.
телесные повреждений ...относящиеся к тяжким телесным повреждениям по признаку опасности для жизни, от которых по неосторожности наступила смерть потерпевшего, т.е. совершил преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 216 УК РФ.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 171 и 172 УПК РФ,
ПОСТАНОВИЛ:
Привлечь С. .. в качестве обвиняемого по данному уголовному делу, предъявив ему обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ РФ, о чем ему объявить».
Столь подробное изложение документа нам понадобилось для того, чтобы показать, насколько не связанными между собой оказались логические части квалификации - описание фактических обстоятельств дела, их юридическая оценка в начале со ссылкой на строительные правила - и итоговый вывод со ссылкой на статью УК РФ. Правоприменителем соблюдены формальные требования к квалификации преступления с бланкетными признаками состава. Имеются ссылки на обязанности С., которые по мнению следствия не были выполнены, перечислены конкретные пункты нарушенных по версии следствия правил, произведена ссылка на статью УК РФ. Однако все перечисленные составные элементы квалификации преступления оказались абсолютно оторванными друг от друга. Перечень нарушенных правил, детально описывающих действия, которые должен совершить их адресат, никак не соединены с обязанностями С., носящими общий характер. Например, не ясно, на ком конкретно лежали обязанности оставлять между стеной здания и настилом козырька зазор не более 50 мм (СНиП 12-04-2002). Остались не ясными и многие другие вопросы, связанные с юридической оценкой действий С. В итоге после проведения дополнительной строительной экспертизы в отношении С. был вынесен оправдательный приговор.
Приведенный пример показывает, что такая форма «списочных» ссылок ничего общего не имеет с квалификацией. Квалификация предполагает обязательное сопоставление конкретных признаков деяния с теми признаками, которые указаны в правовой норме. Это относится к нормам любой отрасли права. Ссылки «оптом» не позволяют оценить обоснованность и законность принятого решения, заключают в себе опасность ошибки.
Примером более четкого соединения в правоприменительном документе фактических обстоятельств дела (конкретного действия и бездействия водителя) с конкретными пунктами нарушенных правил, о которых идет речь в статье УК РФ, может служить определение Судебной коллегии Верховного Суда РФ по делу Гурьева и Ищенко, осужденных за нарушение безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, повлекших смерть двух лиц. Суть дела такова: