Неотложные следственные действия: теоретико-прикладной подход
О.В. Айвазова
Аннотация
Анализируется уголовно-процессуальная категория «неотложные следственные действия», обращается внимание на ряд взаимосвязанных теоретических и практических проблем, продуцируемых формулировкой указанного термина в процессе реализации данного специфического режима деятельности субъектов расследования. Это позволило представить рекомендации по разрешению затронутых в работе проблем и противоречий.
Ключевые слова: следственные действия; неотложные следственные действия; предварительное расследование; преступление; следователь; орган дознания; следы преступления.
URGENT INVESTIGATIVE ACTIONS: A THEORETICAL AND APPLIED APPROACH
Olga V. Ayvazova, Rostov Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia (Roston-on-Don, Russian Federation).
Keywords: investigative actions; urgent investigative actions; preliminary investigation; crime; investigator inquiry; body of inquiry; traces of crime; evidence; initiation of criminal proceedings.
The subject of the research is the theoretical and practical aspects of the institution of urgent investigative actions in the Russian criminal proceedings. The definition of the term “urgent investigative actions”, presented in Paragraph 19 of Prticle 5 of the RF Code of Criminal Procedure, is not formulated in full accordance with the interrelated norms governing the activities of subjects of investigation in this procedural regime, which causes various problems of law enforcement. In order to carry out a systematic analysis of the alleged problems, the author made a brief excursion into the regulation of the institution according to the previous criminal procedure law, considered the modern version of the rules governing the procedural regime of urgent investigative actions, different views of researchers, as well as addressed the empirical analysis of criminal cases in which the regime of urgent investigative actions was implemented and the intervention of subjects of investigation. Recognizing the general modification of the institution of urgent investigative actions accepted by the legislator as positive, the author comes to a conclusion that the definition of the concept “urgent investigative actions” provided in Paragraph 19 of Article 5 of the Criminal Code of the Russian Federation displays an extremely narrow, unilateral approach to the understanding of the bases of initiation of the mode of urgent investigative actions, leaving behind other, not less weighty bases for such actions are limited to the regime of a procedural reaction of a body of inquiry to a crime demanding preliminary investigation in the form of investigation. In addition, not only the content of the institution, but also the name of the term “urgent investigative actions” in the meaning of a specific procedural regime of crime investigation require expansion. As a result of consideration of the specified problems, the author's formulation of the definition of the concept “urgent investigative and other procedural actions” in the form of the draft of Paragraph 19 of Article 5 of the RF Code of Criminal Procedure is offered: “urgent investigative and other procedural actions are investigative and other procedural actions carried out by the investigator, a body of inquiry, the investigator, the head of an investigative body after the initiation of a criminal case about a crime that is not part of, by the general rule, its substantive, territorial and personal jurisdiction, in cases requiring immediate procedural response, if the change of time of investigative and other procedural actions in connection with the transfer of criminal proceedings in accordance with the jurisdiction will contribute to the disappearance, loss, falsification of evidentiary information and (or) concealment of the person who committed the crime from investigation and court”.
Действующий уголовно-процессуальный закон 2001 г. олицетворяет значительную эволюцию представлений о понятии и содержании неотложных следственных действий в отечественном уголовном судопроизводстве.
Предыдущее процессуальное законодательство не содержало четкой дефиниции понятия «неотложные следственные действия». Регламентация неотложных следственных действий осуществлялась либо по описательному принципу: в виде перечня неотложных следственных действий органов дознания (при проведении дознания по делам о преступлениях, требующих предварительного следствия, согласно ч. 1 ст. 119 УПК РСФСР), либо без отражения каких-либо существенных особенностей неотложных следственных действий (при выполнении неотложных следственных действий следователями в соответствии с ч. 2 ст. 132 УПК РСФСР). Косвенно определение понятия неотложных следственных действий (без их перечисления) можно было вывести, исходя из формулировки ч. 1 ст. 119 УПК РСФСР как «следственных действий по установлению и закреплению следов преступления».
На безотлагательность процессуального реагирования органов дознания указывал также ограниченный срок, равный 10 суткам. Однако, в случае проведения неотложных следственных действий не органом дознания, а следователем, согласно ч. 2 ст. 132 УПК РСФСР, отсутствовали какие-либо четкие ограничения временного характера.
Регламентация неотложных следственных действий по УПК РСФСР 1960 г. способствовала активной дискуссии о наименовании, сущности и содержании указанного института, соотношении неотложных следственных действий и дознания, пределах полномочий субъектов неотложных следственных действий, потребности в расширении перечня следственных действий, признаваемых неотложными и т.д. [1. С. 4-21; 2. С. 3-34; 3. С. 3-17].
Одни авторы отстаивали позицию о законодательном расширении перечня неотложных следственных действий в ч. 1 ст. 119 УПК РСФСР (предусматривавшего: осмотр, обыск, выемку, освидетельствование, задержание и допрос подозреваемых, допрос потерпевших и свидетелей) за счет иных следственных действий (как признаваемых действующим процессуальным законом, так и на тот момент находящихся в состоянии формирования) [4. С. 4-22]. Другие обосновывали потребность в осуществлении органом дознания не только следственных, но и иных процессуальных действий, в частности принятии процессуальных решений, обеспечивающих проведение следственных действий, сохранность доказательственной информации, применение мер принуждения (включая меры пресечения) и т.д. [2. С. 9; 3. С. 17].
Необходимость в расширении данного перечня неотложных следственных и иных процессуальных действий аргументировалась как эмпирическим, так и теоретическим путем. Эмпирические источники свидетельствовали о регулярном выходе субъектами дознания за пределы четко очерченного перечня следственных действий, например, путем проведения очной ставки, предъявления для опознания, проверки показаний на месте, избрания меры пресечения, получения образцов для сравнительного исследования и пр. Причем анализ исходных следственных ситуаций действительно свидетельствовал об объективной потребности в безотлагательном обращении к тактикокриминалистическому потенциалу, например проверки показаний на месте [5. С. 3-9], предъявления для опознания [6. С. 68-72], назначению и производству экспертиз [7], следственному эксперименту [8. С. 7274] и т. д. Следует отметить, что с точки зрения различных исследователей на оптимизацию перечня неотложных следственных и иных процессуальных действий, а также степень его конкретизации, возможность расширительного толкования, пределы допустимости действий сотрудников дознания отличались значительным разнообразием.
Ряд исследователей, считая экстенсивным подходом внесение предложений о законодательном дополнении перечня неотложных следственных действий тем или иным конкретным следственным действием, поскольку в зависимости от специфики исходных следственных ситуаций любое процессуальное действие может приобрести характер неотложного, предлагала отказаться от фиксированного перечня неотложных следственных действий, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УПК РФ, разработав универсальные основания для проведения следственных и иных процессуальных действий в неотложном режиме [2. С. 23].
Действующий законодатель, частично воплотив предложения исследователей по реформированию системы предварительного расследования, впервые представил дефиницию понятия «неотложные следственные действия» в п. 19 ст. 5 УПК РФ 2001 г. Согласно указанной норме, под неотложными следственными действиями следует понимать «действия, осуществляемые органом дознания после возбуждения уголовного дела, по которому производство предварительного следствия обязательно, в целях обнаружения и фиксации следов преступления, а также доказательств, требующих незамедлительного закрепления, изъятия и исследования». В статье 157 УПК РФ детализирован порядок производства неотложных следственных действий органами дознания по уголовным делам о преступлениях, по которым производство предварительного следствия обязательно.
Вместе с тем, нейтрализовав отдельные из многочисленных проблем института производства неотложных следственных действий, законодатель оставил вне пределов реагирования иные не менее важные вопросы, а также способствовал возникновению новых, ранее не известных аспектов.
Итак, представленная в п. 19 ст. 5 УПК РФ дефиниция «неотложные следственные действия» ограничивается режимом процессуального реагирования органа дознания на преступление, требующее осуществления предварительного расследования в форме следствия. В данном аспекте это крайне узкое, одностороннее представление об основаниях инициации режима неотложных следственных действий, оставляющее за бортом иные, не менее весомые основания.
Как уже отмечалось, проведение следственных действий в неотложном режиме может быть обусловлено выявлением не только органом дознания преступления, требующего предварительного следствия (ч. 1 ст. 157 УПК РФ) [9. С. 5], но также и следователем или дознавателем подразделений, полномочиями которых, по общему правилу, не охватывается расследование этих деяний (ч. 5 ст. 152 УПК РФ). Например, следователем органов внутренних дел выявлено преступление, относящееся к подследственности Следственного комитета России, либо наоборот. При этом особенности исходной следственной ситуации диктуют необходимость немедленного процессуального реагирования, во избежание утраты следов преступления и иной значимой для дела информации (как объективно с течением времени, так и вследствие преднамеренного воздействия заинтересованных лиц).
Формулировка ч. 5 ст. 152 УПК РФ позволяет сделать вывод о том, что законодатель имеет в виду именно ситуации, при которых изначально уголовное дело возбуждалось в соответствии с правилами о подследственности, однако в процессе расследования были установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии в действиях подозреваемого признаков деяний, подследственных иным органам предварительного расследования. Думается, что подобный подход не вполне соответствует сущности процессуального режима неотложных следственных действий, которая проявляется не только в необходимости немедленного процессуального реагирования, но и в опасности его отложения на более поздний временной период - до реального вступления в дело субъектов расследования, уполномоченных действовать в соответствии с общими правилами о подследственности.
Поэтому считаем, что проведение неотложных следственных действий следователем или дознавателем, согласно ч. 5 ст. 152 УПК РФ, должно охватывать как ситуации, при которых признаки преступлений, не подследственных данным субъектам расследования, были выявлены в процессе предварительного расследования (что потребовало переквалификации), так и ситуации, когда квалификация преступления и подследственность были изначально определены верно (как не входящие, по общему правилу, в компетенцию данного субъекта расследования), но передача материалов по подследственности способствовала бы утрате доказательственной информации.
Разумеется, по итогам процессуальной деятельности в стадии возбуждения уголовного дела также возможно принятие решения о передаче сообщения и материалов по подследственности, в соответствии с ч. 3 ст. 145 УПК РФ. В этом случае орган дознания, дознаватель, следователь, руководитель следственного органа обязаны принять меры по сохранению следов преступления, не возбуждая уголовного дела. Сохранение следов преступления осуществляется в соответствии с регламентированным ч. 1 ст. 144 УПК РФ перечнем проверочных мероприятий и отдельных следственных действий, допустимых на данном этапе.
Очевидно, что следственные действия, проведение которых разрешается в стадии возбуждения уголовного дела, также носят безотлагательный характер, что обусловлено необходимостью немедленного обнаружения, фиксации и изъятия следов преступления, установления иной доказательственной информации (полученной, допустим, в результате назначения экспертиз) [10. С. 274-277]. Кроме того, в режиме проверки сообщения о преступлении в стадии возбуждения уголовного дела фактически могут производиться некоторые из тех же следственных действий, которые осуществляются и в режиме неотложных следственных действий (различные виды осмотра, освидетельствование, назначение экспертиз) [11. С. 2-16; 12. С. 63-74].
Однако процессуальные режимы проведения этих следственных действий различны, что предопределено специфичностью процессуальных и тактических задач [13. С. 12-31] стадий возбуждения уголовного дела и предварительного расследования (в данном случае - в виде указанной разновидности первоначального этапа).
Как известно, назначение стадии возбуждения уголовного дела заключается в выявлении признаков преступления, а стадии предварительного расследования - в установлении всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Соответственно, проведение отдельных следственных действий в стадии возбуждения уголовного дела продиктовано потребностью в установлении достаточных данных, указывающих на признаки преступления, а не на выяснение всех обстоятельств преступления. Не случайно перечень следственных действий, допустимых для проведения в стадии возбуждения уголовного дела, строго ограничен осмотром места происшествия, осмотром документов, предметов, трупов, освидетельствованием, получением образцов для сравнительного исследования, назначением и проведением экспертизы.
Законодателем в п. 19 ст. 5 УПК РФ прямо определено, что неотложные следственные действия производятся после возбуждения уголовного дела, в целях обнаружения и фиксации следов преступления, а также доказательств, требующих незамедлительного закрепления, изъятия и исследования. То есть, в отличие от действий в стадии возбуждения уголовного дела, неотложные следственные действия направлены на установление обстоятельств, входящих в предмет доказывания (предусмотренных в любом из пунктов ст. 73 УПК РФ), при условии возникновения потребности в незамедлительном процессуальном реагировании. уголовный процессуальный следственный