В дальнейшем рассматриваемая криминологическая концепция трансформировалась в теорию множественных факторов. Их перечень дополнили: урбанизация, индустриализация, соревнование в достижении комфорта, массовая фрустрация, неудовлетворенность сложившейся системой досуга, этнопсихологическая несовместимость людей и многое другое.
Основоположник теории социальной дезорганизации французский ученый Дюркгейм в конце XIX в. рассматривал преступность не только как закономерное социально обусловленное явление, но и как нормальное и даже в известном смысле полезное явление в жизни общества. Полезное, как боль в физиологии, которая хотя и причиняет страдания, но очень важна для медицины, для диагностики болезней и лечения.
Дюркгейм разработал понятие аномии-безнормативности. Это означает ослабление и разрушение общепринятых норм поведения, их недостаточность и противоречивость. Что вызывает разобщенность людей, высокий уровень тревожности, отчужденности и как следствие всего этого -- социальную дезорганизацию, приводящую к аморальности и преступности. Одной из основных причин преступности Дюркгейм считал гипертрофированную мораль потребительства.
Теория конфликта культур, сформулированная в работах американского криминолога Селлина, основана на том, что различия в мировоззрении, привычках, стереотипах поведения, характерные для разных социальных групп, в которые одновременно входит один и тот же индивид (семья, бытовое окружение, профессиональные корпорации, коллеги, национально-этнические сообщества и т. д.), нередко создают для человека ситуацию нелегкого выбора, чреватую внутренним конфликтом. Следовательно, возникает угроза противоправного, преступного его разрешения.
В концепции субкультур (американский социолог Коэн -- 1955 г. и др.) дана еще более дробная дифференциация социальных групп. Рассматриваются специфические нравственно-культурные ценности уже сугубо криминальных сообществ. Человек, попавший в такое сообщество, руководствуется не общепринятыми ценностями и правилами поведения; а противостоящими им нормами криминальной субкультуры.
Согласно теории стигмы, основные положения которой сформулировал в 1938 г. американский ученый Таннебаум, одним из наиболее значимых криминогенных факторов является неадекватная реакция общества на отклоняющееся поведение, так называемая драматизация зла. Стигма в переводе с латыни означает «клеймо». Клеймение преступников (не только физическое, как в средние века, но и нравственно-правовое, практикуемое в цивилизованном обществе) еще более отторгает их от общества, превращает в изгоев, для которых преступное поведение становится привычным.
Основоположник теории дифференциальной ассоциации американский ученый Сатерленд, основные труды которого опубликованы в 20-40-е годы XX в., считал, что преступление -- это результат влияния на индивида тех социальных групп, с которыми он «контактирует в повседневной жизни. В механизме преступного поведения решающее значение имеет подражание, преступное обучение как восприятие у микросреды криминально окрашенных знаний, привычек, умений и прежде всего неуважительного отношения к закону. С некоторой долей условности концепцию Сатерленда можно трактовать как теорию дурной компании, подтверждаемую многими наблюдениями, фактами реальной жизни, особенно применительно к преступности несовершеннолетних и молодежи.
В своих изысканиях Сатерленд коснулся и другого большого массива противоправных деяний -- преступности «белых воротничков». Ученый утверждал, что казнокрадство, финансовые аферы, мошеннические действия государственных чиновников, бизнесменов, других представителей элиты общества составляют огромный слой фактически невыявляемой и ненаказуемой преступности.
Концепции социальной дезорганизации, стигматизации и других направлений социологической школы получили концентрированное выражение в рамках радикальной криминологии. Это направление зародилось в середине XIX в. на почве идей марксизма, а в качестве целостной криминологической теории оформилось в 70-х годах XX в.
Представители этой школы занимают различные идейно-политические позиции: одни (например, Куинни) тяготеют к марксизму, другие (Дауне) склоняются к идеологии анархизма, третьи (Кларк, Шур) являются умеренными реформаторами. Но их объединяло резко критическое отношение к существующей социально-экономической и политической системе.
По мнению «радикалов», преступность -- грозный симптом болезни общества. В социальной практике, как и в медицине, надо воздействовать и на симптомы, и на саму болезнь. Противодействие преступности требует не только применения «болеутоляющих средств» в виде полицейских, пенитенциарных и тому подобных традиционных мер, но и радикального вмешательства -- глубоких социальных реформ, организации трудовой занятости, здравоохранения, образования, жилищно-коммунальной сферы, защиты материнства и детства и т. д.
Широкий социологический подход преобладает в виктимологических теориях (включающих также элементы социобиологических, биопсихических и других концепций). Заслугой ученых, разрабатывавших виктимологию, является то, что традиционную криминологическую проблематику (преступность, преступления, преступники) они дополнили учением о жертвах противоправных посягательств. Виктимология -- от греч. victima (жертва) и logos (учение) -- означает учение о жертве, применительно к криминологии -- о жертве преступления.
Одну из первых попыток сформулировать основные положения виктимологии как целостной теории предпринял в 40-х годах XX в. немецкий ученый Гентиг, работавший в США. В 1948 г. он издал монографию «Преступник и его жертва. Исследование по социобиологии преступности». В дальнейшем виктимологическое направление стало бурно развиваться.
Виктимологи прослеживают связь поведения жертв как с внутренними характеристиками преступного поведения (мотивацией), так и с внешними (объект посягательства, способ, средства и орудия, последствия и др.). Убедительно доказано, что действия жертвы могут стимулировать, провоцировать криминальную активность преступника и облегчать ее реализацию.
Некоторые личностные характеристики (например, легкомыслие, вспыльчивость, авантюризм, половая распущенность), профессионально-ролевые особенности (связанные, например, с исполнением обязанностей кассира, инкассатора, сторожа), а также ситуационные факторы (например, затянувшийся семейно-бытовой конфликт или выяснение отношений в состоянии сильного алкогольного опьянения) предопределяют уровень виктимности людей (степень вероятности для них стать жертвой преступления).
Во многих случаях преступления могло бы не быть, если бы преступник столкнулся с надежными преградами: предусмотрительностью и активным отпором со стороны жертвы, надежно охраняемыми жильем и т. д. Общество, государство, правоохранительные органы, влияя на факторы виктимности, могут снижать ее и тем самым оказывать серьезное воздействие на преступность.
Идеи, сформулированные представителями данного направления криминологии, легли в основу виктимологической профилактики -- системы мер предупреждения, позволяющих охватить превентивным воздействием миллионы потенциальных жертв преступлений.
Социологические концепции в криминологии нельзя оценивать однозначно -- либо положительно, либо отрицательно, В целом можно сказать, что их позитивный заряд выше, чем у антропологических (биологических) теорий. Представители социологической школы несравненно ближе к истине в понимании истоков преступности, ее сущности и закономерности. Поэтому многие конструктивные положения были доработаны и использовались в практике противодействия преступности.
Например, предложения о необходимости целенаправленного воздействия на криминальные субкультуры как необходимое условие коррекции взглядов, установок и поведения Правонарушителей (концепция аномии); об Экономии репрессии, расширении некарательных мер противодействия преступности (теория стигмы) и отказе от некоторых, не оправдавших себя карательных; о контроле за референтными группами в целях воспрепятствования обмену криминальным опытом (теория дифференциальной ассоциации) и многие другие.
Разумеется, рассмотренные социологические концепции в криминологии не свободны и от недостатков, порой весьма существенных. Некоторые из них страдают односторонностью, неоправданно распространяют закономерности частного на общее. Так, в теории дифференциальной ассоциации можно отметить переоценку роли подражания, обучения в генезисе противоправного поведения. Эти феномены, весьма значимые для преступности несовершеннолетних, молодежи, вряд ли могут объяснить противоправное поведение многих взрослых людей. В целом эта теория отвечает скорее на вопрос, как человек становится преступником, но не почему.
В теории стигмы в какой-то мере гипертрофирована криминогенная роль «клеймения» преступников. Ее положения вполне применимы к познанию механизма уголовного рецидива (правда, не всего), но явно недостаточны для понимания причин и условий значительной части первичных преступлений. Теория множественности факторов преступности во многом эклектична, причины и условия преступности в ней недостаточно дифференцированы и не ранжированы по силе криминогенного действия. Не всегда проводятся различия между главным, решающим, второстепенным и малозначимым. позитивистский криминология преступник
Эти и другие, недостаточно обоснованные положения рассмотренных социологических теорий опровергнуты как самим историческим процессом и практикой противодействия преступности, так и продолжающимися криминологическими исследованиями. И все же в совокупности эти теории, с учетом позитивного в их содержании, явились для человечества значительным шагом вперед на пути познания сложнейшего феномена преступности. Они позволили раскрыть многие ранее неизвестные стороны этого социально-негативного явления.