Следует отметить, что деление сценического пространства на две зоны (правую и левую), олицетворяющие светлые и темные силы, присутствует и в южноиндийских танцевальных драмах якшагана и катхакали, восходящих в классическому санскритскому театру.
Нельзя не отметить и органичное родство индонезийских спектаклей ваянг кулит с кукольным театром теней, широко представленным в различных регионах Индии. К примеру, на территории южноиндийского штата Керала подобные представления известны Якшагана - «букв. “песни полубогов” - южноиндийская танцевальная драма, основанная на эпосе и темах из пуран, которая получила наибольшее распространение в штате Карнатака» [1, с. 548]. Катхакали - «букв. “рассказ для песни” - южноиндийская танцевальная драма штата, возникшая примерно в XVIII веке в штате Керала» [1, с. 479]. под названием «толпава кутху»1. В индийской традиции подобные пьесы «сопровождаются пением баллады, исполняемой кукловодом, который не только управляет героями, но и руководит всем действием, включая песню, кукольный танец и декламацию» [1, с. 484].
Интересно и религиозно-философское осмысление спектаклей представителями древних анимистических верований. Согласно архаичным индонезийским учениям человек и окружающее его пространство наполнены различными энергиями. И как фигуры положительных и отрицательных героев театральных действ, репрезентирующие силы добра и зла, после многочисленных сценических сражений оказываются в одном сундуке, так и положительные и отрицательные энергии должны быть, по мнению носителей традиции, скоординированы в человеке для его гармоничного существования.
Исследователи же считают, что генезис подобных представлений о добре и зле кроется в основах индуизма, а сами спектакли призваны «...изобразить положительные и отрицательные черты человека, с обязательным триумфом светлого начала над темным. Зло никогда не может быть уничтожено, так как индуизм не предполагает существование чистого добра. Добро и зло сосуществуют, индуизм же ищет способы привести их к мирному взаимодействию» [3, р. 324].
Формирование театра Индонезии проходило под сильнейшим влиянием индийской традиции, однако на индонезийской почве театральное искусство вступило в активное взаимодействие с местными анимистическими верованиями. Представляя собой синтез различных религиозно-философских систем, театр приобрел сакральное значение в жизни общества.
Театральные представления в Индии и Индонезии не только понимались в едином ключе, но и выполняли схожие функции в жизни общества. Являясь частью ритуальной практики, спектакли также знакомили зрителей с мифологией и историей страны, формировали мировоззрение, эстетические вкусы, модели поведения; это Название театра «толпава» переводится как «“кукла из кожи”, “кутху” - “спектакль”» [1, с. 484]. Из беседы со скульптором и художником Ибрагимом Нуром (Ibrahim Noor), Индонезия, г. Джокьякарта, 6 апреля 2018 г. неотъемлемая часть индонезийского социума, которая не утратила своего непреходящего значения и в настоящее время.
Использованные источники
1. Карташова Т. Уп-шастрия как общее звуковое пространство музыкальной культуры Северной и Южной Индии. М.: Композитор, 2010. 576 с.
2. Соломоник И. Традиционный театр кукол Востока. Основные виды театра плоских изображений. М.: Наука, 1983. 184 с.
3. Eiseman F. Bali: Sekala & Niskala. Essays on Religion, Ritual, and Art. Singa pore: TUTTLE Publishing, 1990. 376 p.
4. Hannigan T. A brief history of Indonesia: sultans, spices, and tsunamis: the in credible story of South-east Asia's biggest nation. Singapore: TUTTLE Publishing, 2015. 288 p.
The used sources
1. Kartashova T. Up-Shastri as a common sound space of musical culture of North and South India. Moscow, 2010.
2. Solomonik, I. Traditional puppet theater of the East. Principal theatre flat images. Moscow, 1983.
3. Eiseman F. Bali: Sekala & Niskala. Essays on Religion, Ritual, and Art. - Singa pore, 1990.
4. Hannigan T. A brief history of Indonesia: sultans, spices, and tsunamis: the in credible story of South-east Asia's biggest nation Singapore, 2015.