ФГАОУ ВО «Национальный исследовательский Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского», Арзамасский филиал
Религиоойконимы Нижегородской области как часть культурно-исторического наследия региона
Ольга Валентиновна НИКИФОРОВА
Аннотация
Рассмотрены религиоойконимы Нижегородской области. Проанализирована специфика образования сельских топонимов на базе культово-религиозной лексики, а также установлено своеобразие их лексического значения. Отмечено, что религиоойконимы занимают особое место на топонимической карте России, поскольку репрезентируют большую значимость церкви в Нижегородском крае и содержат память о христианской культуре русского народа. Наименование населённых мест по названиям церквей и названиям религиозных праздников, будучи продуктивным процессом в XIX веке, характеризуется высокой степенью сохранности религиоойконимов, представленных в Нижегородской области, в настоящее время. Выявлено, что на исследуемой территории топонимы, восходящие к лексике религиозной семантики, не подвергались переименованию, поэтому многие населённые пункты сохранили сакральные названия. Доказано, что географические наименования, появление которых связано с православием, в вербализованном виде отражают как историкосоциальные и этнокультурные, так и языковые особенности русского этноса. Сделан вывод о том, что изучение религиоойконимов на материале разных регионов России позволяет исследователю выявить бытийные ценности сельского жителя, а именно - какие святые в той или иной местности почитаемы больше, чем другие, какие религиозные праздники были небезразличны человеку как в прагматическом, так и в духовном плане.
Ключевые слова: топоним; топонимическая система; ойконим; экклезионим; религиоойконим; Нижегородская область
Abstract
топоним сельский религиозный лексика
Religious oikonyms of Nizhny Novgorod Region
as part of the regional cultural and historical heritage
Olga V. NIKIFOROVA National Research Lobachevsky State University of Nizhny Novgorod, Arzamas Branch
We consider religious oikonyms of the Nizhny Novgorod Region. We analyze the specifics of formation of rural toponyms on the basis of cult and religious lexicon and also establish the originality of their lexical meaning. We note that religious oikonyms have a specific place on the Russian toponymic map as they represent the church importance in the Nizhny Novgorod Region and contain the memory of the Christian culture of the Russian people. The inhabited places naming as churches and religious holidays was a productive process in the 19th century and nowadays there are still religious oikonyms in the Nizhny Novgorod Region. In the researched territory the toponyms of religious semantics were not renamed therefore many settlements kept sacral names. We prove that geographical names with Orthodoxy origins reflect not only historical and social, ethnocultural, but also and language features of the Russian ethnos. We conclude that religious oikonyms study on material of different regions of Russia allows the researcher to reveal existentional values of the villager, namely - what Saints in the area were esteemed more, what religious holidays were not indifferent to the people both pragmatically and spiritually.
Keywords: toponym; toponymic system; oikonyms; ecclesiality; religious oikonyms; Nizhny Novgorod Region
Основная часть
Наименования географических объектов (топонимы) справедливо относят к феноменам, формирующим и репрезентирующим культурно-историческую информацию о прошлом народа, особенностях быта и мировидения человеческого коллектива. Заложенные в семантике топонимов национально-культурные компоненты «выступают в качестве вербализованных знаков и символов культуры отдельного этноса» [1, с. 169]. Взаимоотношения топонима и обозначаемого им объекта характеризуются специфичностью, поскольку названия городов, посёлков, сёл, деревень и т. п. транслируют представления не столько о самом именуемом объекте, сколько о его образе, существующем в сознании носителя языка. В этой связи применительно к собственным именам поселений как городского, так и сельского типа целесообразно использовать предложенный А.С. Щербак термин ономастический знак - «любое имя собственное как вторичный знак, отражающий комплекс знаний об имени собственном (языковые и энциклопедические знания) и служащий для организации ономастического знания в сознании человека» [2, с. 286]. В качестве иллюстрации учёный приводит наименования населённых пунктов Тамбовской области, включающих в своё название элементы, обозначающие религиозные реалии, типа Покрово-Васильево, Покрово-Марфино, Сабуро-Покровское, ПокровоЕндовище, Покровское и называет их знаками села (известно, что в деревне как типе поселения не было церквей) [2, с. 287]. Православные названия Воронежской области исследованы А.С. Поповым [3, с. 151-153]. Используя материалы Ярославской области, Ю.Ю. Гомырова рассматривает комонимы (имена собственные села), образованные на базе культово-религиозной лексики [4, с. 150154].
На географической карте Нижегородской области также отмечены наименования географических объектов (топонимов), связанные с православием. Известно, что культура и религия не только оказывают огромное влияние на формирование языковой картины мира любого народа, но и выступают «значимыми для формирования онимических систем внеязыковыми факторами» [4, с. 150]. Действительно, по мере укрепления православия и активизации строительства церквей, храмов, монастырей в дореволюционной России религиозные представления народа находили отражение в наименовании различных географических объектов.
Для обозначения единиц, отражающих божественную сущность, лингвисты предлагают различные термины. В работах по топонимике учёные активно используют термин агиотопоним с расширительным значением, «распространяя его на все географические названия, образованные от апеллятивов и имён собственных религиозного характера (причём связанные с понятиями, терминами, имена собственные не только христианства, но и любой другой религии - ислама, буддизма и т. д.)» [5, с. 14]. Уточнённое определение термина агиотопоним даёт И.В. Бугаева: «Агиотопоним - это разряд топонимов, где в качестве основы для образования собственного имени географического объекта используются имена святых (агиоантропотопонимы), теонимы или названия церковных праздников (агиохронотопонимы)» [6, с. 122]. Вслед за С.А. Поповым для описания группы топонимов, образованных на базе лексики религиозной семантики, мы используем термины религиотопоним (от греч. топос - «место» и онома - «имя») и религиоойконим (от греч. ойкос - «жилище» и онома - «имя») - названия соответственно географического объекта и населённого пункта, образованные от апеллятива или собственного имени религиозного характера [3]. На наш взгляд, между терминами религиотопоним - религиоойконим существуют гиперо-гипонимические отношения, что свойственно ономастическим терминам [7, с. 6-7].
Русские религиотопонимы, в частности религиоойконимы, возникали, как правило, по находившемуся в населённом пункте храму, а также часовне, монастырю: «Церковность феодального времени наложила сильный отпечаток на топографическую номенклатуру. Для названия села официальная среда пользовалась именем церкви, находившейся тут» [8, с. 68]. Ойконимическая модель «по церкви» складывалась и набирала силу постепенно на протяжении веков после принятия христианства. Введение христианства на Руси не только помогло становлению и укреплению древнерусского государства и свидетельствовало об изменениях идеологии Киевской Руси, но и способствовало возникновению религиоойконимов, поскольку в официальной среде вместо первичных, исторически сложившихся названий населённых пунктов пользовались, как правило, именем находившейся в нём церкви. В названиях храмов были запечатлены календарные совпадения тех или иных событий с церковным праздником, с поминанием святого, с прославлением чудотворной иконы. В топонимии Центра России ойконимическая модель «по церкви» начинает действовать с XV века, наращивая темпы к XVIII-XIX векам. «По всей видимости, ойконимическая модель «по церкви» достигает пика продуктивности к XVIII-XIX векам. Это также обусловлено культурно-историческими факторами. Так, в частности, именно в эти периоды в центральных областях России возникает все больше владельческих усадеб. Многие архивные источники говорят о том, что землевладельцы часто считали своим долгом возвести хотя бы небольшой, но «собственный» храм. Строительство церквей расширялось и по другим причинам, и это отражается в ойконимии: процент агиоойконимов растет. Ряд церквей, часовен, приделов возводится на средства купцов, промышленников в честь их святых патронов, покровителей, на средства общины, финансируется это и самой церковью как институтом» [5, с. 22]. Самой высокой степени продуктивности данная модель достигла во второй половине XIX века, когда церковь, ещё не будучи официально отделённой от государства декретом 1917 г., играла большую роль в общественной жизни дореволюционной России. Став государственной религией, христианство утвердило в сознании и поведении людей новые, религиозные нормы и ценности, охватив все сферы общественной жизни. В результате и топонимическое пространство России, относящееся к духовной части человеческого бытия, было подвержено религиозному воздействию.
Безусловно, до получения религиозного названия населённый пункт уже имел наименование, мотивированное антропонимом, гидронимом, апеллятивом. Наряду с этим учёные признают богатый потенциал экклезионимов - названий «места совершения обряда, место поклонения любой религии; в том числе название церкви, часовни, креста, монастыря» [9, с. 149] - в качестве словообразовательной базы для сельской ойконимии. В память о религиозных событиях жители строили церкви, сооружали монастыри, которые получали названия либо по церковным праздникам, либо в честь святых - Николая Чудотворца, Георгия Победоносца, Михаила Архангела, Петра и Павла и др. Населённый пункт, в котором строилась церковь, как правило, приобретал статус села (если до этого здесь был посёлок или деревня), и название православного храма становилось новым названием старого поселения. Так, экклезионимы, обозначая предметные сущности (не лица), становились производящей базой для агиоойконимов и давали жизнь религиоойконимам.
Специфику экклезионимов подчёркивала А.В. Суперанская: «Особую категорию имен с комплексными объектами представляют названия церквей, монастырей, часовен, алтарей. Они не могут быть включены ни в урбанонимию, ни в микротопонимию, ни в именования коллективов или праздников изза изменчивости границ своего применения. Они обозначают или обозначали не только здания, в которых располагается церковь или монастырь, но в определенные эпохи относились и к людям, живущим или служащим там, и к крестьянам деревень, приписанных к монастырям, и к землям, принадлежавшим монастырям. Ввиду комплексности обозначаемого объекта названия этого типа в своём последующем развитии становились основами и топонимов, и антропонимов» [10, с. 196].
Учёные отмечают, что количество агиотопонимов по сравнению с другими топонимами является небольшим. Так, в современной Московской области, а также в Калужской, Орловской, Воронежской, Нижегородской областях топонимы, содержащие в своей структуре религиозную семантику, составляют 5-7, 7-8, 9, около 5 и 4-5 % соответственно [5, с. 24; ср.: 11, с. 324]. Яркой качественной особенностью религиотопонимии является повторение самих онимов, а также основ наименований при различении структурно-словообразовательных моделей оформления агиотопонимов, объясняемое регулярными повторами в названиях храмов, церквей, монастырей, что связано с ограниченным количеством великих, «двунадесятых» православных праздников, в честь которых возводились храмы и во время которых храмы освящались и получали свою икону. Так, в нижегородской топонимической системе зафиксированы с. Богородское (в 5-ти районах), с. Знаменка (в 3-х районах), с. Знаменское (в 2-х районах), с. Ильинское (в 3-х районах), с. (д. п.) Покровка (в 8-ми районах), с. Покровское (в 2-х районах), с. (д.) Спасское (в 5-ти районах), с. Троицкое (в 4-х районах), п. Успенский (в 3-х районах), с. (д.) Успенское (в 5-ти районах) и др. Повторы агиотопонимов объясняются и небольшим количеством особо почитаемых святых. Например, Преподобный Макарий, инок Печерского монастыря Нижнего Новгорода, основавший в 1435 г. Макарьевский Желтоводский монастырь, почитаем в Нижегородской области, о чём свидетельствуют многочисленные религиоойконимы: с. Макарий (Варнавинский р-н), д. Макариха (Богородский, Семёновский р-ны), д. Макарково (Шарангский р-н), п. Макаровка (Выксунский р-н), д. Макарово (Борский, Шахунский р-ны), д. Макаровские (Шарангский р-н), п. Макаровский (Тоншаевский, Шахунский р-ны), д. Макаршино (Ковернинский р-н), с. Макарьевское (Ветлужский р-н).
Как отмечает М.В. Горбаневский, «ойконимы, связанные по своему происхождению с терминами и понятиями православной религии, образованы путем трансономизации. В большинстве случаев перенос имени собственного в поле ойконимии происходил из поля названий церквей, монастырей, часовен, приделов, алтарей и т. д.» [5, с. 13]. Названия, восходящие к агионимам, появились в результате аффиксации, а производящей основой религиоойконима является сокращённая форма названия храма или религиозных праздников, то есть религиоойконим образуется от агионима, лежащего в основе экклезионима: агионим ^ [экклезионим] ^ религиоойконим. Приведём примеры: (агионим) Св. Николай Чудотворец ^ (экклезионим) церковь во имя святого Николая Чудотворца ^ (религиоойконим) с. Никольское (Арзамасский, Гагинский, Лысковский р-ны), д. Никольское (Борский, Воротынский, Гордецкий, Шарангский р-ны), п. Никольский (Лысковский, Первомайский р-ны), д. Николаевка (Большемурашкинский, Воротынский, Княгининский, Лукояновский, Первомайский, Семёновский, Сергачский, Сосновский, Шарангский р-ны), п. Новая Николаевка (Гагинский р-н), д. Новониколаевка (Кстовский р-н), с. Николай-Дар (Лукояновский р-н), п. Новониколаевский (Воскресенский, Починковский р-ны), д. Николаево (Шарангский р-н), с. Новоникольское (Варнавинский р-н), д. Староникольское (Воротынский р-н); (агионим) Покров Пресвятой Богородицы > Покров > (экклезионим) Покровская церковь > (религиоойконим) с. Покров (Гагинский, Княгининский р-ны), д. Покровка (Арзамасский, Вознесенский, Воротынский, Выксунский, Дивеевский, Ковернинский, Лысковский р-ны), с. Покровка (Вадский, Лукояновский р-ны), д. Покровское (Городецкий р-н), с. Покровское (Семёновский р-н), с. Покров-Майдан (Воротынский р-н), д. Покров-Полянка (Сергачский р-н) и др.
По мнению С.А. Попова, названия населённых пунктов религиозного происхождения не оригинальны по своей информативности, слабо отражают особенности самого географического объекта, в большинстве случаев, не являясь первичными наименованиями поселения, поскольку многие населённые пункты еще до Октябрьской революции 1917 г. сменили свои самобытные исконные названия на общеупотребительные религионимические [3, с. 153]. Всё это привело к появлению на географической карте одного района большого количества повторяющихся топонимов, например, села (деревни) с названием Николаевка в Большемурашкинском, Воротынском, Княгининском, Лукояновском, Первомайском, Семёновском, Сергачском, Сосновском, Шарангском районах; Михайловка в Арзамасском, Вознесенском, Выксунском, Княгининском, Краснооктябрьском, Лысковском, Навашинском, Перевозском, Сеченовском, Сосновском, Шатковском районах и др.