Часть IV рецензируемой книги посвящена пересмотру средств философской практики. Со времен Сократа самопознание и диалог являлись главным предметом интереса философов-практиков. Три главы, составляющие эту часть книги, критически оценивают возможности самопознания, учитывая преобладание фактора бессознательного как в самой философии, так и в психологии, а также возможности диалога, как внутриличностного, так и межличностного. Можно утверждать, что душевные страдания клиента могут стать стимулом для самотрансформации. Более того, можно даже убедить клиента в том, что рациональные усилия устранят болезненные и неприятные эмоции, при этом рациональность не обязательно должна стать для него единственной программой самореализации, а лишь использоваться в качестве инструмента для улучшения его состояния. Эта стратегия, однако, базируется на другой форме рациональности -- способности соотносить цели и средства. Автор не разделяет мнение, что философы-консультанты должны гарантировать фундаментальные изменения душевного состояния клиента. Никто не может предугадать заранее, какие конкретные изменения произойдут, и произойдут ли они вообще. Мы знаем одно: только тогда, когда человек реально станет готов к переменам, это все заработает. Клиенты, не только благодаря полученным знаниям, но и во многом благодаря личности консультанта, могут обнаружить в себе жажду самосовершенствования, которая может привести их к философии, открывая перед ними новые горизонты (р. 319--320). Так обретает силу практика внутреннего диалога. «С этой точки зрения я делаю две вещи, -- пишет Лидия Амир, -- я постепенно обращаю вашу речь ко мне -- к вам самим; я призываю вас слушать вашу речь посредством, хотя и более удаленного, но более информированного внутреннего слушателя. То есть, во-первых, я призываю вас прислушиваться к своему внутреннему голосу, чтобы вы лучше поняли свою речь, и, во-вторых, прислушиваясь к внутреннему голосу, открыть для себя нечто большее, чем то, что было услышано в первый раз. Таким образом, я даю вам гарантирую, что даже в мое отсутствие ваш внутренний диалог не прекратится, более того, он будут все более богат смыслами, а его границы будут все более широкими. Именно внутренний диалог открывает способность к философской рефлексии: если внутренний слушатель останется не более чем дубликатом меня самого, просто моим внутренним «эхом», никакого самообразования, саморазвития, критической, а значит, и творческой рефлексии произойти не может» (р. 345). Таким образом, включение в себя безличной инаковости, которая есть не что иное, как обобщение и абстракция нашей человечности, является в философской практике самым существенным.
В Части V, состоящей из двух глав, автор дает критический анализ инструментам, используемым в философской практике. В Главе 14 представлена авторская методика философской практики, которая позволяет сохранять «серьезное» отношение к философии. Эта методика предлагает философские цели и философские средства для их реализации, опирается именно на философский инструментарий, а не на другие способы консультирования, для реализации которых философы могут быть просто не готовы. Методологический принцип автора прост -- «меньше консультирования, больше философии». Лидия Амир объясняет суть своего принципа посредством достижения следующих целей: 1) совершенствовать абстрактное мышление, переходя от конкретного к абстрактному и наоборот;
2) пробуждать интеллектуальные добродетели с конечной целью развития интеллектуальной смелости и самостоятельности;
3) укреплять внутренне единство личности, ибо беспристрастных мыслей для мудрости недостаточно, необходимы и глубокие чувства (р. 359). Реализация всех этих целей является необходимым условием «демократически ориентированной» философской практики.
В Главе 15 автором рассматривается «трудная проблема» самотрансформации с помощью философских инструментов, что необходимо для достижения счастливой, осознанной жизни. С этой целью автор дает критический анализ основным философским измерениям «благой жизни»: соотношению трагического и комического, условиям самопознания, способности принимать жизнь во всей ее противоречивости, способности понимать. Кроме того, автор подробно рассматривает связь между разумом и эмоциями, между радостью и страданием, как условие для того, чтобы наполнить жизнь смыслом и развить сострадание. Автор предполагает возможность жить с неразрешимым конфликтом, однако в конечном итоге, любой конфликт, характеризующий основное состояние человека, может быть разрешен. Инструментом для этого, по мысли автора, является юмор. Посредством процесса, включающего в себя систематическую практику юмора, мы дисциплинируем свой вкус, находим удовольствие в противоречиях, в которых ранее мы не видели ничего смешного, постепенно поднимаемся по лестнице совершенства, которая приводит нас к состоянию, сравнимому с высшими философскими или религиозными озарениями. Эта постепенная трансформация основана на изменении видения в соответствии со способностью, по словам автора, «превращать страдание в радость посредством алхимии юмора» (р. 387--388).
В Части VI («Проблемы и достижения») рассматриваются препятствия, с которыми сталкивается философская практика, которые сводятся в глазах академической философии к «сомнительным допущениям», лежащим в ее основе (Глава 16). Однако наряду с этим автор отмечает те уникальные преимущества, которые философская практика может дать академической философии (Глава 17). Эта последняя глава вовлекает читателя в оживленную дискуссию, которая помогает осознать и преодолеть разрыв между теорией и практикой в философии. Поскольку большинство студентов, изучающих философию, не будут заниматься этим профессионально, преподаватели философии могут использовать опыт философов-практиков в своей работе, выстраивая взаимодействие с самой разной аудиторией. В связи с этим автор предлагает разрабатывать некий критерий релевантности для оценки учебного плана и способа преподавания философских теорий. Эти разработки могли бы способствовать распространению философии, так как любая аудитория смогла бы получить от этих занятий что-то полезное, что обеспечило бы достойное место философии, как в академической среде, так и за ее пределами.
философия бытие мелиоризм
Заключение
Заключительный раздел книги также весьма интересен и содержателен. Он представлен в форме увлекательного интервью с автором, в котором даны краткие ответы на все ключевые вопросы, связанные с философской практикой.
Книгу Лидии Амир «Принимая философию всерьез» можно по праву назвать «энциклопедией» философской практики, которая обобщает богатый опыт прошлого и открывает широкие перспективы для будущего в этом философском направлении. В этой книге сочетаются высокие академические стандарты рассмотрения проблем и доступный стиль изложения, поэтому она будет интересна как представителям академической среды, так и философам-практикам, преподавателям, психологам, а также широкой публике.