и представлен широким спектром видов, в первую очередь чутко реагирующих на степень увлажнения и трофность субстрата: Amblystegium serpens, Barbula unguiculata, Brachythecium mildeanum (Schimp.) Schimp., B. salebrosum, Calliergonella lindbergii (Mitt.) Hedenas, Drepanocladus aduncus (Hedw.) Warnst., Rhytidiadelphus triquetrus (Hedw.) Warnst., Sanionia uncinata (Hedw.) Loeske., на более засушливых склонах доминируют Brachythecium salebrosum, Ceratodon purpureus (Hedw.) Brid., Polytrichum juniperinum Hedw.
Буферная зона на территории СКПРУ-2 представлена площадкой на расстоянии 33 м от отвала на сравнительно крутом склоне. Центральная часть ее размыта водами с солеотвала и представляет собой небольшую углубляющуюся потяжину. В ее наиболее эродированной части отмечен оголенный грунт супесчаного состава, а по периферии она зарастает немногочисленными экземплярами галофитов - Spergularia salina и Puccinellia sp. На микроповышениях, примыкающих к бортам потяжины, поселились сравнительно солеустойчивые Artemisia absinthium L. (полынь горькая), Atriplex sp., Calamagrostis epigeios, Melilotus albus. Неэродированная склоновая часть вне ложбины стока зарастает рудеральными и луговыми видами - Calamagrostis epigeios и Juncus tenuis. Отмечены единичные экземпляры галофитов Atriplex sp. и Puccinellia hauptiana. Проективное покрытие на площадке невелико - 10-15%, что связано с сухостью условий местообитания. Моховолишайниковый покров из отдельных латок занимает до 10% площадки. Преобладают ксеро-мезофитные виды мхов (Brachythecium salebrosum, Bryum caespiticium, Dicranum scoparium Hedw., Pleurozium schreberi (Brid.) Mitt.), и лишайники (Cladonia cenotea (Ach.) Schaer., C. chlorophaea (Florke ex Sommerf.) Spreng., C. coniocraea (Florke) Spreng., C. fimbriata (L.) Fr.).
В ходе проведенных полевых работ были описаны площадки, примыкающие к специфическим по своим функциям объектам предприятий.
В частности, нами были обследованы береговые линии участков отстойников дождевых вод на территориях БКПРУ-4 и БКПРУ-2. Судя по составу растений, почвам окрестностей отстойников присуще засоление. Если примыкающая к литорали растительность на участке БКПРУ-4 вне ложбины стока солеотвала представлена типичными видами водно-болотных местообитаний - гидрофитами (Persicaria amphibia (L.) Delarbre (горцем земноводным)), гигрофитами (Carex vesicaria L. (осокой пузырчатой), Eleocharis palustris (L.) Roem. & Schult. (болотницей болотной), Naumburgia thyrsiflora (L.) Reichenb. (кизляком кистецветным)), мезо-гигрофитами (Phalaroides arundinacea (L.) Rausch. (дву - кисточником тростниковидным)), то в пределах ложбины стока, по которой воды с солеотвала стекают в отстойник, отмечаются солелюбивые виды и галофиты - Alisma gramineum Lej. (частуха злаковая), Atriplex patula, Chenopodium rubrum, Puccinellia hauptiana, Spergularia salina. Последний вид наиболее распространен по береговой линии солеотстойника БКПРУ-2. На более дренированной части берега данного солеотстойника отмечены галотолерантные виды (Lactuca tatarica, Melilotus albus, Rumex cris - pus L. (щавель курчавый) и галофиты (Atriplex sp., Puccinellia hauptiana).
Обследованные берега шламохранилищ характеризуются проективным покрытием травяного яруса от 15-20 до 25-30%. Небольшое проективное покрытие во многом обусловлено частичной отсыпкой участков щебнем. Участки проходят лугово-рудеральную и луговую стадии зарастания.
Берег шламохранилища БКПРУ-2 выкашивается. Подобные мероприятия не позволяют развиваться подросту мелколиственных пород, который здесь активно поселяется. По периферии карты шламохра - нилища отмечено преобладание луговых видов. К ним примешиваются рудеральные, немногочисленные опушечные и лесные виды (Prunella vulgaris, Fragaria vesca L. (земляника лесная)). Галофитов на площадке нет, отмечено небольшое количество галотолерантных трав (Calamagrostis epigeios, Melilotus albus). Моховой ярус с ОПП 10-15% образован Brachythecium salebrosum, Didymodon fallax (Hedw.) R.H. Zander, Plagiomnium cuspidatum (Hedw.) T.J. Kop.
На берегу шламохранилища БКПРУ-3 преобладают рудеральные виды, в прибрежной полосе отмечена небольшая доля галофитов (Puccinellia hauptiana, Atriplex patens (Litv.) Iljin (лебеда отклоненная)), а также солелюбивых видов (Lactuca tatarica, Melilotus albus, Calamagrostis epigeios). Мхи (Funaria hygrometrica Hedw.) представлены в виде отдельных пятен.
Береговая линия карт шламохранилищ СКПРУ-2 также зарастает преимущественно луговыми и рудеральными видами трав с небольшой примесью галофитов. Участки характеризуются значительным развитием мохово-лишайникового яруса (О11П 80%). В зарастании участвуют как типичные лесные виды, так и мхи-пионеры, характерные для широкого спектра нарушенных местообитаний: Brachythecium albicans (Hedw.) Bruch et al., B. salebrosum, Bryum caespiticium, B. creberrimum Taylor, Calliergonella lindbergii, Ceratodon purpureus, Dicranum scoparium Hedw., Hylocomium splendens (Hedw.) Bruch et al., Lophozia sp., Pleurozium schreberi, Rhytidiadelphus triquetrus. Велика доля лишайников, среди которых доминируют Cladonia chlorophaea, C. coniocraea, C. cornuta (L.) Hoffm., С. fimbriata (L.) Fr., а примесь образуют C. mitis Sandst., Peltigera rufescens (Weiss) Humb., P. kristinssonii Vitik.
Обследованные участки выпуска дренажных вод с территорий предприятий отличаются различной степенью засоления. На участке р. Быгель (выпуск вод №3, БКПРУ-4) отмечена преимущественно типичная пойменная и лесная растительность с небольшой долей рудеральных элементов. Галофитов не обнаружено.
Обследованная территория поймы реки Лёнвы за пределами зоны воздействия предприятия и участков выпуска вод характеризуется естественным выклиниванием засоленных вод в притеррасной части и на низкой террасе, ранее покрытой хвойно-мелколиственным лесом. Развитие этого явления приводит к гибели нативной древесной растительности, трав, кустарничков и мхов. Значительная площадь в этой части полностью лишена растительного покрова. На отдельных микроповышениях с сохраняющейся растительностью происходит смена доминантов травяно-кустарничкового и мохового ярусов, среди поселившихся на засоленных участках видов отмечены Atriplex prostrata, Calamagrostis epigeios, Festuca rubra L. (овсяница красная). Редко на ряде сегментов сохраняются лишайники (Cladonia carneola (Fr.) Fr., C. coniocraea, C. cornuta, C. rangiferina (L.) F.H. Wigg.,) и мхи (Brachythecium salebrosum, Dicranum bonjeanii De Not., Lophocolea heterophylla (Schrad.) Dumort., Pleurozium schreberi, Sanionia uncinata, Sciuro-hypnum starkei (Brid.) Ignatov & Huttunen).
Для участка прирусловой зоны Лёнвы в районе выклинивания засоленных вод характерна обычная пойменная растительность. Этому способствует, видимо, промыв почв в период паводка, в отличие от притеррасной поймы, для которой характерен застойный режим и, соответственно, накопление солей. В то же время вдоль береговой полосы растут отдельные экземпляры галофита Atriplex prostrata.
Участок поймы Лёнвы ниже выпуска вод шламохранилища БКПРУ-3 характеризуется выраженным засолением почв и ТПО. Территория поймы в этой части, по-видимому, была ранее механически нарушена, русло частично спланировано. Участок центральной поймы местами затоплен, осложнен невысокими гривами до 5-20 см высотой. Доминируют галофиты и солевыносливые травы широкого спектра по градиенту влажности (от мезофитных трав на микроповышениях до гигрофитов в подтопленных участках). Общее проективное покрытие травяного яруса 15-30%. Дренированные сегменты заняты Festuca rubra, Elytrigia repens, Calamagrostis epigeios, Bromopsis inermis, Melilotus albus, вниз по течению обширные заросли образует Phragmites australis. В подтопленных микропонижениях наблюдаются Atriplex prostrata, Puccinellia hauptiana, в наиболее обводненных - Triglochin palustris L. (триостренник болотный).
Прирусловье Лёнвы в месте выпуска вод шламохранилища БКПРУ-3 образуют сообщества как из типичных пойменных элементов (Angelica archangelica L. (дудник лекарственный), Filipendula ulmaria (L.) Maxim. (таволга вязолистная), Phalaroides arundinacea), так и солелюбивых трав (Calamagrostis epigeios, Festuca rubra, Typha latifolia L. (рогоз широколистный)) и галофитов (Atriplex prostrata, Puccinellia hauptiana, Spercularia salina).
Пойма реки Поповки в пределах территории предприятия характеризуется высокой степенью засоления почв и ТПО. Участок зарастает галофитами и солелюбивыми травами различных по градиенту увлажнения экологических групп: Atriplex patens, Calamagrostis epigeios, Hordeum jubatum, Juncus tenuis, Lactuca tatarica, Triglochin maritimum L. (триостренник морской), Puccinellia hauptiana, Spercularia salina. Ниже по течению участка выпуска вод за пределами предприятия река Поповка сохраняет признаки засоления. Это подтверждается и составом видов, поселяющихся у уреза воды: Juncus tenuis, Puccinellia hauptiana, Spercularia salina, Triglochin maritimum.
Выводы
1. Импактные зоны отличает высокая степень нарушенности, связанная как с механическими воздействиями, так и высокой степенью засоленности. Здесь формируются разреженные пионерные рудеральные группировки с участием галофитов.
2. Анализ растительности буферных площадок, расположенных на расстоянии 30-65 м от терриконов, показывает, что солевое загрязнение концентрируется преимущественно в локальных ложбинах и на склонах. Растительность прилегающих к ним относительно выровненных участков испытывает влияние засоленных вод в меньшей мере. На удалении более 100-120 м (исключая ложбины стока) от терриконов влияние галитовых отходов на растительный покров практически не выражено.
3. Растительность береговых линий отстойников дождевых вод представлена преимущественно галофитами и солелюбивыми видами, что говорит о сильном засолении вод и почв этих объектов.
4. Условия для развития растительности на берегах карт шламохранилищ можно охарактеризовать как относительно благоприятные, хотя лимитирующим фактором роста выступает высокая каменистость. Небольшая доля галофитов и галотолерантных видов указывает на засоление прибрежной полосы.
5. Участки рек ниже по течению выпуска вод с технологических объектов предприятий отличаются различными степенями нарушенности растительного покрова. Существенных изменений в составе напочвенной растительности не отмечено у выпуска №3 в реку Быгель. Участки ниже по течению от выпуска технологических вод в реки Лёнва и Поповка сильно засолены, их растительный покров коренным образом отличается от естественной растительности. В то же время в пойме р. Лёнва засоленность субстрата, связанная с поступлением природных засоленных вод, очевидно, усиливается за счет техногенной составляющей.
Библиографический список / References
1. Аветов Н.А., Шишконакова Е.А. Понятие трофности в связи с антропогенной эвтрофикацией верховых болот Ханты-Мансийского Приобья // Бюллетень Почвенного института им. В.В. Докучаева. 2013. №71. С. 36-51. [Avetov N.A., Shishkonakova E.A. A concept of trophy status in connection with anthropogenic eutrophication of raised bogs in the Khanty-Mansy Pre-Ob region. Bulletin of the V.V. Dokuchaev Soil Science Institute. 2013. №71. Pp. 36-51.]
2. Бабошко А.Ю., Бачурин Б.А. Тяжелые металлы в отходах калийной промышленности // Горный информационно-аналитический бюллетень. 2009. №5. С. 369-376. [Baboshko A. Yu., Bachurin B.A. Heavy metals in the waste potash industry. Mining informational and analytical bulletin. 2009. №5. Pp. 369-376.]
3. Белкин В.В. Состояние геологической среды Верхнекамского соленосного бассейна // Разведка и охрана недр. 2008. №8. С. 77-82. [Belkin V.V. The state of the geological environment of the Verkhnekamskiy salt-basin. Prospect and protection of mineral resources. 2008. №8. Pp. 77-82.]
4. Демидова М.И., Лихарева Ю.Е. Лапшина В.К. Влияние галитовых отходов ОАО «Уралкалий» города Березники на почву и растительность // Вестник Пермского национального исследовательского политехнического университета. Прикладная экология. Урбанистика. 2014. №2 (14). С. 154-166. [Demidova M.I., Likhareva Yu.E., Lapshina V.K. The impact of halite waste of OJSC «Uralkali», Berezniki city, on soil and vegetation. Bulletin of Perm National Research Polytechnic University. Applied ecology. Urban development. 2014. №2 (14). Pp. 154-166.]
5. Демина А.А., Стриженок А.В. Экологическая оценка воздействия солеотва - лов ПАО «Уралкалий» на окружающую среду // Шаг в будущее: теоретические и прикладные исследования современной науки. Материалы XII международной научно-практической конференции. СПб., 2016. С. 34-38. [Demina A.A., Strizhenok A.V. Environmental assessment of the salt dumps impact in the area of OJSC «Uralkaliy». Shag v budushchee: teoreticheskie i prikladnye issledovaniya sovremennoy nauki. Materialy XII mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii. Sankt-Petersburg, 2016. Pp. 34-38.]
6. Техногенные поверхностные образования зоны солеотвалов и адаптация к ним растений / Ерёмченко О.З., Четина О.А., Кусакина М.Г., Шестаков И.Е. Пермь, 2013. [Eremchenko O.Z., Chetina O.A., Kusakina M.G., Shestakov I.E. Tekhnogennye poverkhnostnye obrazovaniya zony soleotvalov i adaptatsiya k nim rasteniy [Technogenic surface formations of a zone of salt dumps and plants adaptation for growing on them]. Perm, 2013.]
7. Корсакова Е.С., Пьянковa А.А., Назаров А.В. Филогенетическое разнообразие бактерий, выделенных из ризосферы мари красной (Chenopodium rubrum L.), произрастающей в условиях засоления на территории солеразработок (г. Соликамск, Пермский край) // Вестник Пермского университета. Биология. 2013. Вып. 3. С. 47-51. [Korsakova E.S., Pyankova A.A., Nazarov A.V. Phylogenetic diversity of bacteria isolated from the rhizosphere of swine's-bane (Chenopodium rubrum L.) growing in the saline conditions on sites of salt production (Solikamsk, Perm Krai). Bulletin of Perm University. Biology. 2013. Vol. 3. Pp. 47-51.]
8. Ризосферные бактерии, ассоциированные с растениями бескильницы расставленной (Puccinellia distans (Jacq.) Parl.), произрастающими на территории
солеразработок / Корсакова Е.С., Пьянкова А.А., Гагарских О.Н., Назаров А.В. // Бюллетень Оренбургского научного центра УрО РАН. 2014. №3. С. 1-5. [Korsakova E.S., Pyankova A.A., Gagarskikh O.N., Nazarov A.V. Rhizosphere bacteria associated with weeping alkaligrass (Puccinellia distans (Jacq.) Parl.), growing on sites of salt production. Bulletin of the Orenburg Scientific Center, Ural Branch, Russian Academy of Science. 2014. №3. Рр. 1-5.]
9. Кусакина М.Г., Ерёмченко О.З., Четина О.А. Влияние разного уровня техногенного засоления на некоторые показатели обмена веществ растений // Вестник Пермского университета. Биология. 2011. Вып. 1. С. 73-77. [Kusakina M.G., Eremchenko O.Z., Chetina O.A. The influence of different levels of anthropogenic salinity on some indicators of plants metabolism. Bulletin of Perm University. Biology. 2011. Vol. 1. Pp. 73-77.]
10. Овеснов С.А. Конспект флоры Пермской области. Пермь, 1997. [Ovesnov S.A. Konspekt flory Permskoy oblasti [Synopsis of flora of the Perm region]. Perm, 1997.]
11. Хайрулина Е.А. Ландшафтно-геохимические процессы в районе разработки Верхнекамского месторождения калийно-магниевых солей (Пермский край) // География и регион. Материалы международной научно-практической конференции. Пермский государственный университет. Пермь, 2015. С. 157-163. [Hairulina E.A. Landscape-geochemical processes in the area of development of the Verkhnekamskoe potash-magnesium salts Deposit (Perm Krai). Geografiya i region. Materialy mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii. Permskiy gosudarstvennyy universitet. Perm, 2015. Pp. 157-163.]
12. Хайрулина Е.А., Новоселова Л.В., Порошина Н.В. Природные и антропогенные источники водорастворимых солей на территории Верхнекамского месторождения калийно-магниевых солей // Географический вестник. 2017. №1 (40). С. 93-101. [Hairulina E.A., Novoselova L.V., Poroshina N.V. Natural and anthropogenic sources of water-soluble salts in the territory of the Verkhnekamskoye potash-magnesium salts Deposit. Geographical Bulletin. 2017. №1 (40). Pp. 93-101.]
13. Шубин А.А. Решение экологических проблем на заключительной стадии функционирования горного предприятия // Горный информационноаналитический бюллетень. 2005. №11. С. 168-173. [Shubin A.A. The solution of environmental problems at the final stage of functioning of the mining enterprise. Mining informational and analytical bulletin. 2005. №11. Pp. 168-173.]