Материал: Bogaturov_A_D_Sistemnaya_istoria_mezhdunarodnykh

В ноябре 1999 г. в Стамбуле состоялся саммит стран-участниц ДОВСЕ, на котором было подписано соглашение о его адаптации. Россия подтвердила обязательство вывести базы из Грузии и сократить численность боевой техники в Грузии и Приднестровье до конца {♦} 2001 г. Западные страны со своей стороны согласились зафиксировать в адаптированном тексте принцип совпадения национального и территориального уровней предельно допустимой численности вооружений для большинства стран-участниц ДОВСЕ. Благодаря этому численность иностранных войск на территориях стран – новых членов НАТО могла превышать предельные потолки, установленные для национальных армий, не более чем на одну стандартную бригаду НАТО. В случае размещения иностранных войск численностью выше этого уровня национальные вооруженные силы принимающей страны должны сокращаться пропорционально приросту численности иностранных сил. Тем самым устанавливался механизм ограничений численности войск на территориях, приближенных к границам России. Российские специалисты считали адаптированный ДОВСЕ выгодным для России. Такой же позиции придерживались и страны НАТО. Поэтому они не спешили с ратификацией договора. К осени 2002 г. его ратифицировали только Украина и Белоруссия. Западные страны не делали этого на том основании, что сама Россия не выполнила в полной мере свои обязательства в том, что касается свертывания военного присутствия в Грузии и Приднестровье, где и после 2001 г. остались российские войска.

К содержанию главы

Сотрудничество малых и средних стран

Юго-Восточной Европы

В 80-90-е годы страны этого региона делали шаги к преодолению раскола Европы посредством создания малых прото-интеграционных группировок как переходных форм к общеевропейскому сотрудничеству. На этом пути они встречали поддержку стран Европейского Союза и других европейских государств, в числе которых более активны были Австрия и Италия.

Одной из первых попыток наладить взаимодействие государств Юго-Восточной Европы на субрегиональном уровне, независимо от их социального строя и блоковой принадлежности, стало объединение балканских стран, оформленное в феврале 1988 г. в Белграде на встрече министров иностранных дел Албании, Болгарии, Греции, Румынии, Турции и Югославии. Белградская встреча стала итогом десяти лет подготовительных совещаний, в ходе которых устанавливались контакты и налаживалось сотрудничество в практических вопросах. Это был первый после Второй мировой войны эксперимент, в котором участвовали малые европейские страны – представители противостоявших военно-политических блоков, неприсоединившаяся Югославия и даже Албания, единственное европейское государство, не подписавшее Заключительный акт СБСЕ.

С 1988 по 1990 г. в рамках межбалканского сотрудничества проводились регулярные встречи министров иностранных дел балканских стран, что придало их сотрудничеству политический характер. На состоявшейся в октябре 1990 г. встрече министров в Тиране удалось достигнуть договоренности по вопросам обеспечения прав на-{♦}циональных меньшинств. В заключительном документе подчеркивалось, что меньшинства имеют право «сохранять и развивать этническое, культурное, языковое и религиозное многообразие», но «действуя в рамках национальных конституций». Начало конфликтов в Югославии перечеркнуло результаты сотрудничества. Последняя встреча министров иностранных дел балканских государств состоялась в 1992 г. в Анкаре без участия СФРЮ и Греции. Многостороннее сотрудничество балканских государств прервалось.

В периоды обострения обстановки вокруг Косово малые страны пытались предпринимать совместные шаги по предотвращению конфликта. В январе 1999 г. на встрече в Афинах было принято решение о создании балканских многонациональных миротворческих сил с участием Италии, Греции, Турции, Албании, Болгарии, Македонии и Румынии. Процесс балканского миротворчества был прерван вмешательством НАТО.

Наиболее заметным шагом на пути к созданию новых форм сотрудничества в балканском регионе стало подписание в разгар косовских событий, 10 июня 1999 г., в Кельне по инициативе Евросоюза Пакта стабильности для Юго-Восточной Европы. Западноевропейские страны пришли к выводу о необходимости проводить в этой части мира активную политику, вовлекая малые страны в связи с интегрированной Европой. В тексте пакта содержалось перечисление принципов, которыми должны были руководствоваться государства Юго-Восточной Европы в своей внутренней политике и сотрудничестве с западными соседями. Пакт предусматривал реализацию проектов экономического сотрудничества Евросоюза с малыми странами, на которые первые выделили крупные средства. СРЮ не была включена в пакт, но за ней было закреплено право присоединиться к нему в будущем. Она стала участницей пакта в октябре 2000 г.

В феврале 2000 г. в Бухаресте состоялась встреча, в которой приняли участие премьер-министры Албании, Болгарии, Греции, Македонии, Румынии и Турции, а также – в качестве наблюдателей – представители Хорватии и Боснии. Участники встречи подписали Хартию добрососедства, стабильности, безопасности и сотрудничества, которая рассматривается как первый многосторонний политический документ, провозгласивший намерение «превратить Балканы в зону мира и стабильности».

Государства Юго-Восточной Европы участвовали и в других субрегиональных группировках, примыкающих к балканскому региону или расположенных вблизи него. Пять балканских стран – Болгария, Румыния, Греция, Турция и Албания – стали членами Организации черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС).

К содержанию главы

Панамериканские интеграционные тенденции

На фоне скромных по своим масштабам проектов регионального сотрудничества на юго-востоке Европы, интеграционные тенденции в Западном полушарии тяготели к крупным формам. США были {♦} заинтересованы в создании огромной Американской зоны свободной торговли (АЗСТ, Frea Trade Area of the Americas, FTAA), которая объединила бы северную и южную части Америки. Но Вашингтон предпочитали формировать ее на основе НАФТА – через присоединение к ней новых членов из числа латиноамериканских стран. Принципиальное решение по этому поводу было принято американским конгрессом в 1996 г., но реализация его была вскоре приостановлена. Чили, которая попыталась присоединиться к НАФТА, было в этом отказано. В ответ Чили заключила двусторонние договоры о свободной торговле с Канадой и Мексикой, а затем на правах ассоциированного члена вступила в МЕРКОСУР. В том же году переговоры о создании зоны свободной торговли с МЕРКОСУР – к неудовольствию США – начала и Мексика, являющаяся членом НАФТА.

Возможность создания АЗСТ к 2005 г., как о том говорилось в Майами на «саммите Америк» в 1994 г., вызывала сомнения. Латиноамериканские страны были не согласны с формированием АЗСТ через присоединения к НАФТА каждой из них в отдельности. Они предлагали создать панамериканскую зону свободной торговли посредством объединения НАФТА с существующими интеграционными структурами латиноамериканских государств. Ввиду позиции стран Латинской Америки США отказались от формулы «индивидуального принятия». Вашингтон утратил энтузиазм по поводу создания АЗСТ.

Тем временем, Бразилия к началу 2000 г. добилась успехов в реализации своей идеи создания Южноамериканской зоны свободной торговли (ЮАЗСТ) на основе объединения всех субрегиональных группировок Южной и Центральной Америк с МЕРКОСУР. Если бы этот план удался полностью, то в 2005 г. можно было рассчитывать на создание единой АЗСТ на базе объединения равноправных блоков – ЮАЗСТ и НАФТА.

США настаивали на подписании интеграционных соглашений уже в 2003 г., надеясь, что латиноамериканцам не удастся добиться слияния своих интеграционных группировок к этому сроку. Бразилия выступала за постепенное развитие интеграции, руководствуясь необходимостью сохранить на максимальное время тарифную защиту своих высокотехнологичных отраслей.

На «саммите Америк» в Сантьяго 18-19 апреля 1998 г. удалось договориться лишь о том, чтобы закончить переговоры о создании АЗСТ к 2005 г., в то время как США полагали, что в 2005 г. АЗСТ уже начнет функционировать. Инициатива в процессе формирования АЗСТ стала переходить в руки латиноамериканских стран.

Саммит глав государств и правительств американских государств в Монреале в апреле 2001 г. зафиксировал «промежуточный» этап в создании АЗСТ. С одной стороны, латиноамериканцам удалось блокировать принятие решения об образовании зоны к 2003 г., как настаивали США. С другой, в заключительном документе саммита было зафиксировано, что в декабре 2005 г. АЗСТ должна уже {♦} функционировать. Это противоречило исходной позиции латиноамериканских стран, предполагавших к 2005 г. завершить лишь подготовку к подписанию соответствующего соглашения.

Между тем, Вашингтон возобновил линию на прямое включение в НАФТА некоторых стран Южной Америки. В 2003 г. в нее была принята Чили.

К содержанию главы

Углубление российско-китайского

взаимодействия и создание Шанхайской

организации сотрудничества (ШОС)

В 1997 г. правительство КНР переговорным путем разрешило проблему Гонконга (Сянгана), присоединив его к КНР. На протяжении ста лет Гонконг был британской колонией. Основой прав Великобритании на эту территорию был старый китайско-британский договор об аренде сроком на 99 лет. В 1984 г. во время визита в Пекин премьер-министра Великобритании М.Тэтчер британская сторона подтвердила обязательство передать Гонконг Китаю по истечении срока аренды. КНР обязалась создать на территории бывшей колонии особый административный район, сохранив в нем сложившийся социально-экономический уклад.

В апреле 1996 г. в Шанхае было подписано российско-китайское соглашение о мерах доверия в зоне границы. Оно было дополнено в 1997 г. подписанием в том же формате в Москве во время очередного российско-китайского саммита многостороннего соглашения России, Китая, Казахстана, Киргизии и Таджикистана о взаимном сокращении вооруженных сил в районе границы, в результате которого на протяжении 7,5 тыс. км границ создавалась полоса пониженной военной активности глубиной 100 км по обе стороны линии границы. Согласованные меры не распространяются на зоны Хабаровска и Владивостока. Они не касаются ракетных войск стратегического назначения, дальней авиации, ВМФ и ПВО России, а также пограничных войск. На встрече в Шанхае образовался так называемый «Шанхайский форум» – периодически проводимая встреча руководителей пяти стран на высшем уровне для обсуждения проблем пограничного сотрудничества.

Общая цель российско-китайских отношений была сформулирована в Москве в двусторонней Декларации о многополярном мире и формировании нового международного порядка (апрель 1997 г.) как установление отношений «равноправного доверительного партнерства, направленного на стратегическое взаимодействие в XXI веке». Российско-китайские отношения развивались устойчиво. Быстро рос объем двусторонней торговли, в том числе торговли вооружением и технологиями. Помимо определенных видов промышленного оборудования Россия стала поставлять Китаю истребители. Российская сторона оказывала КНР содействие в модернизации китайских атомных электростанций и строительстве нового реактора в провинции Ляонин (мощность 1000 МВт). КНР проявляла интерес к привлечению российского персонала и технологии для отработки систем {♦} наведения ракет, управления подводными лодками и проведения испытаний ракетного оружия.

Приоритетными задачами китайской дипломатии на северном и северо-западном направлении были улучшение отношений с Россией и создание региональной организации политического, экономического и в перспективе военно-политического сотрудничества в составе КНР, России, малых и средних стран Центральной Азии. 15 июня 2001 г. в Шанхае состоялась встреча на высшем уровне руководителей пяти стран «Шанхайского форума». Хотя «форум» к этому времени существовал уже пять лет, Узбекистан сначала не принимал участие в его работе совсем, а затем стал принимать – в качестве наблюдателя. Встреча в Шанхае была первой, на которой узбекские представители имели статус полноправных участников. По ее итогам была принята декларация, провозгласившая преобразование «форума» в организацию – Шанхайскую организацию сотрудничества.

Между участниками «форума» сохранялись разногласия относительно характера и перспектив сотрудничества. Малые и средние страны стремились переключить внимание ШОС на решение экономических вопросов. Китай предпочитал опережающее сотрудничество в сфере политики и борьбы с исламским экстремизмом, который представлял опасность как для положения в китайской провинции Синьцзян, где проживали тюркские исламские меньшинства, так и для других стран. Но центральноазиатские страны старались не акцентировать сотрудничество, связанное с предупреждением «исламской угрозы», опасаясь, что это вызовет раздражение исламских организаций, действовавших на территориях всех стран ШОС. Российская Федерация придерживалась промежуточной позиции между КНР и центральноазиатскими государствами.

16 июля 2001 г. в Москве был подписан сроком на 20 лет российско-китайский Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве. Это был обширный документ, вызвавший в мире значительный резонанс. Российско-китайские договоренности можно было подразделить на три группы. Первая (ст. 2-7) касалась политических основ сотрудничества. Стороны заявили в отношении друг друга об отказе от использования силы, применения ядерного оружия первыми и взаимного нацеливания стратегических ядерных ракет. Они также провозгласили свою приверженность принципам мирного сосуществования и взаимному уважению права каждой стороны на выбор собственного пути. Отдельно было сказано о взаимной поддержке сторонами позиций каждой из них по вопросам обеспечения государственного единства, что означало признание Российской Федерацией позиции КНР в вопросе о Тайване (правительство КНР – единственный законный представитель Китая, а Тайвань – часть Китая), а руководством Китая – позиции России в чеченском вопросе. Смысл статей 2-7 был равнозначен договоренностям, характерным для пакта о ненападении.

Вторая группа договоренностей (ст. 8-10) касалась проведения между КНР и РФ регулярных консультаций по вопросам обеспече-{♦}ния мира и безопасности и отказа от вхождения в союзы и блоки, наносящие ущерб интересам одной из сторон. Стороны согласились в случае возникновения угрозы миру вступать в контакт друг с другом в целях ее устранения. Эта группа взаимных обязательств напоминала положения, типичные для договоров союзнического характера, хотя слово «союз» в тексте российско-китайского договора не употреблялось.

Это впечатление усиливалось при прочтении статей 11 и 12, в которых говорилось о том, что КНР и Россия выступают за соблюдение норм международного права и против попыток силового давления или вмешательства под каким-либо предлогом во внутренние дела суверенных государств. После интервенций НАТО в Югославии в 1986 г. и 1999 г. это положение можно было трактовать как заявку на создание российско-китайской коалиции в защиту права на суверенитет и гарантию невмешательства, которым противоречила отстаиваемая странами НАТО политика и практика «гуманитарных интервенций».

Критикой в адрес США звучали положения о намерении сторон прилагать усилия для соблюдения глобального стратегического баланса и стабильности, а также способствовать соблюдению основополагающих договоренностей, обеспечивающих стратегическую стабильность. К тому времени администрация США не скрывала планов развертывания национальной системы противоракетной обороны, что означало намерение Вашингтона подвергнуть ревизии положения советско-американского договора ПРО от 1972 г., против чего выступала Россия. В ст. 20 говорилось о намерении сторон сотрудничать в борьбе с терроризмом.

В том виде, в каком он был подписан, российско-китайский договор не был «типичным» военно-политическим договором, каковые заключались в XX веке. Но он представлял собой комплекс серьезных взаимных обязательств, принятие которых означало переход российско-китайских отношений от этапа всесторонней нормализации (1989-2001) к этапу формирования политического союза с элементами сотрудничества в сфере безопасности. Договор был воспринят на Западе с подозрением. Обозреватели писали о формировании российско-китайской «оси» против НАТО. В отношениях между Россией и США стало больше взаимной настороженности.

Летом 2002г. в Санкт-Петербурге состоялся новый саммит ШОС, на котором был принят ее устав. Одновременно страны-участницы приняли решение о создание на основе коллективных усилий международного антитеррористического центра в Бишкеке (Киргизия).

К содержанию главы

Конфликт на Восточном Тиморе

В 1999 г. произошла вспышка конфликтности на Восточном Тиморе. Это бывшая португальская колония на восточной части территории острова Тимор, западная часть которого входит в состав Индонезии. Население Восточного Тимора смешанное. Его большую {♦} часть составляли христиане – потомки местных жителей, обращенных в христианство португальскими миссионерами. Западная часть острова населена преимущественно мусульманами. После революции в Португалии в 1974 г. Восточный Тимор стал добиваться независимости. Однако в 1975 г. он был оккупирован индонезийскими войсками. В 1976 г. Индонезия формально аннексировала Восточный Тимор.

Международное сообщество не признало этот акт и стало убеждать Индонезию предоставить ему независимость. В горах и джунглях против индонезийских правительственных войск действовали партизаны ФАЛИНТИЛ (Вооруженные силы национального освобождения Восточного Тимора). В 1999 г. после ухода от власти в Индонезии режима президента Сухарто новое руководство страны приняло решение провести на Восточном Тиморе референдум о пребывании его в составе Индонезии. На референдуме 30 августа 1999 г. большинство высказалось за независимость. На острове вспыхнула война между сторонниками и противниками независимости. На стороне последних в ней стали участвовать индонезийские вооруженные силы. В сентябре 1999 г. по решению Совета безопасности ООН на остров были введены контингенте: сил ООН, в основном состоявшие из австралийских частей. В их задачи входило обеспечение безопасности населения и стабильности до утверждения итогов референдума индонезийским парламентом. Противостояние сохранялось до мая 2002 г., когда парламент Индонезии официально утвердил итоги референдума 1999 г. и Восточный Тимор 19 мая 2002 г. был провозглашен независимым государством.

К содержанию главы

Развитие конфликта на Корейском

полуострове (2000-2003)

Смена власти в КНДР создала предпосылки для оздоровления ситуации в Корее. Новое руководство Северной Кореи во главе с Ким Чен Иром (сыном Ким Ир Сена) стало обнаруживать признаки намерения начать проведение ограниченных реформ.

Препятствиями для нормализации отношений КНДР с внешним миром являлись ее ядерная программа и подозрения в том, что Пхеньян укрывает на своей территории представителей японской террористической организации («красной армии»), занимавшейся угоном пассажирских самолетов.

В марте 2000 г. во время пребывания в Вашингтоне делегации КНДР удалось достигнуть договоренности о сотрудничестве КНДР и США в борьбе против терроризма. Американская сторона обещала исключить КНДР из списка стран, поддерживающих международный терроризм. В том же годы в Пхеньяне состоялся межкорейский саммит. В октябре 2000 г. в Пхеньяне побывала госсекретарь США М.Олбрайт. Между США, Японией и Южной Кореей начались консультации о принятии совместных мер для улучшения отношений с Северной Кореей. В 2000 г. с КНДР установили дипломатические отношения Австралия, Филиппины, Бельгия, Канада, {♦} Испания, Германия, Люксембург, Греция, Бразилия, Новая Зеландия, Турция, Евросоюз. Северная Корея вступила в члены Асеановского регионального форума по вопросам безопасности.

Произошло некоторое оживление отношений КНДР с Китаем и Россией. Новый северокорейский лидер стал совершать поездки за пределы страны. 9 февраля 2000 г. в Пхеньяне министры иностранных дел РФ и КНДР подписали новый Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве, взамен прежнего, который не исполнялся. Новый договор был сокращенным вариантом прежнего, однако из него были изъяты положения, предусматривавшие оказание российской стороной военной помощи Северной Корее. В июле 2000 г. состоялся визит президента РФ В.В.Путина в КНДР. Ким Чен Ир дважды посетил Москву.

Опасения вызывало стремление Пхеньяна разработать новые технологии, позволившие бы КНДР резко увеличить радиус действия своих ракет, а также ядерная программа Северной Кореи, которую она официально заморозила, но, по сведениям американских спецслужб, продолжала тайно осуществлять. Опираясь на их заключения, в июне 2002 г. президент США Дж.Буш в одном из своих официальных выступлений причислил КНДР к так называемой оси зла (см. ниже), подвергнув ее политику грубой критике за попытки разработать оружие массового поражения. Американская сторона угрожала применить силу против стран, которые проводят подобную политику.

Пхеньян среагировал на выпад бурно. Северокорейские руководители в полемической форме подтвердили, что в интересах самообороны они ведут разработку ядерного оружия. Правительства Южной Кореи и Японии провели серию консультаций с США, стремясь предупредить обострение ситуации и выработать единую политику в северокорейском вопросе. Но конфликт продолжал нарастать. 18 сентября 2002 г. министр обороны США Д.Рамсфелд открыто заявил о том, что по американским сведениям КНДР имеет атомное оружие.

В 1994 г. была достигнута договоренность с участием США и Южной Кореи о том, что корпорация КЕДО будет поставлять в КНДР топливный мазут для северокорейских тепловых электростанций в ответ на обязательство Пхеньяна заморозить программы развития атомной энергетики. В октябре 2002 г. в целях оказания давления на КНДР эти поставки было решено прекратить с 1 декабря 2002 г. Одновременно была прекращена помощь в сооружении для КНДР силами Южной Кореи и США двух реакторов, технология работы которых исключает получение сырья для производства ядерного оружия. В ответ Пхеньян заявил о намерении разморозить ядерную программу и запустить остановленный ядерный реактор в Ионбоне для производства электроэнергии.

Опасаясь, что Вашингтон начал подготовку войны против Северной Кореи, ее руководители 21 октября 2002 г. обратились к США с предложением заключить американо-северокорейский договор о ненападении и в его рамках урегулировать вопросы, связанные с {♦} ядерной программой КНДР. США отклонили эту инициативу. Вместе с тем, 15 ноября президент Дж.Буш выступил в Вашингтоне с речью, в которой он официально заявил об отсутствии у США намерений нападать на КНДР. Это обязательство не удовлетворило руководство КНДР^Оно приняло решение (21 ноября) разморозить ядерный реактор в Ионбоне и выйти из договора о нераспространении ядерного оружия. 12 мая 2003 г. руководство КНДР также заявило о выходе из подписанного между ней и Южной Кореей соглашения о создании на Корейском полуострове безъядерной зоны. В начале 2003 г. США и КНДР провели серию безуспешных переговоров об урегулировании ситуации. В их ходе в феврале власти КНДР заявили американской делегации о том, что в Северной Корее есть ядерное оружие. В июне 2003 г. это заявление было повторено. Правительства третьих стран не подтвердили и не опровергли это утверждение.